Рената (renatar) wrote,
Рената
renatar

Categories:

Черное пламя Королевского замка в Варшаве

Этот пост не совсем обычный, здесь я пытаюсь погнаться сразу за двумя зайцами. Во-первых, рассказать о Королевском замке в Варшаве, который видела в феврале этого года, а во-вторых, поделиться открытием для себя интересного писателя, цитатами из чьей повести проиллюстрирую рассказ, в надежде, что это поможет избежать шаблонного повествования о достопримечательности, коими полон Интернет.




Сначала короткую справку о Королевском замке в Варшаве все же приведу, проиллюстрировав как нашими фотографиями, сделанными вечером 14 февраля 2015 года, так и старинными изображениями.




Королевский замок был построен в 1598-1618 гг. королем Польским и великим князем Литовским Сигизмундом Вазой на месте средневекового замка мазовецких князей. Колонну Сигизмунда перед замком я уже показывала в посте "Война памятников".




Дворец был воздвигнут на искусственном возвышении, имел в плане пятиугольную форму и выделялся на фоне городской застройки 60-метровой Сигизмундовой башней.




Замок подвергся разорению во время шведского нашествия середины XVII в. и во время Северной войны. Хотя такие короли, как Ян Собесский и Август III, финансировали восстановительные работы, полномасштабное обновление обветшавшего строения связано с именем короля Станислава II Августа Понятовского (1764-1795).




По его инициативе вдоль Вислы было построено новое крыло с интерьерами в стиле классицизм, а старый замок был застроен рядом новых сооружений, включая протяженный корпус королевской библиотеки, соединяющий замок с дворцом в стиле барокко.




В промежутке между мировыми войнами дворец, представлявший собой замысловатую смесь построек и перестроек разных эпох, был тщательно отреставрирован, и здесь была резиденция президента Польши Игнация Мосцицкого (1926-1939).




Сравните, кстати старинные фото с нашим, расположенным выше.







С началом Второй мировой войны нацисты заминировали дворец и подвергли его планомерному и беспощадному разрушению.
После войны место, где некогда стоял замок, пустовало до 1971 г., когда сейм окончательно отказался от планов строительства правительственных зданий на его месте и принял решение восстановить дворец по сохранившимся фрагментам и фотографиям, придав ему облик начала XVII века. Восстановительные работы продолжались до 1988 года.




Ныне здесь музей:




А теперь будут цитаты из произведения Ольги Баумгертнер "Черное пламя, пепел и прах", написанного в мистическом ключе. Старые фотографии, иллюстрирующие их, не всегда могут совпадать во времени и месте, но общую атмосферу времен Второй мировой войны передают.

Помешкав, она достала из потайного кармашка в юбке свернутый в несколько раз лист. Разложила на столе.
– Это что?
– План Королевского замка…
– Сколько не была в Варшаве? – Эккехард склонился над схемой.
– Пять лет.
– Передала мне этот план и сказала, что в одной из стен замка находится тайник. Показала мне на этом плане и запретила ставить метку. Но я смогу показать тебе где.
– Что в тайнике – знаешь?
– Ключ. Один из семи. Слуги погибели ищут их по всей земле, чтобы открыть двери, за которыми находится конец всего живого.
– Очередная мифическая версия… – В голосе Эккехарда послышалось едва ли не разочарование.





Цыганка озиралась, не узнавая Варшаву. Бомбежки августа тридцать девятого года повсюду отметили город закопченными шрамами, брешами, разрушениями. Вместо польских флагов теперь растянуты были знамена Третьего Рейха. Красный закат добавлял еще больше пламенной краски городу. Более черными и густыми казались тени. Граждан видно не было. И если бы не синие зловещие пятна патрулей «полиции Гранатовой», которые попадались повсеместно, город выглядел бы вымершим.
Из-за домов показались крыши Королевского замка, большая часть их была затронута пожаром. Сердце Каролины отчаянно заколотилось. Замок после пожара походил на руины.





Каролина развернула лошадь, направила в сторону Краковского предместья. Однако проскакав пятьсот метров, она спрыгнула с лошади, стегнув по крупу. Та умчалась дальше по улице, а Каролина вернулась в Старый город. Старательно обходя Рыночную площадь, узенькими улочками она добралась до искомого дома, вошла в подъезд и, схоронившись под лестницей, стала ждать.




В сопровождении группы искусствоведов и одного подразделения саперов направились к Королевскому замку.
Шаги пришедших загромыхали в пустых залах, отзываясь гулким эхом. Замок был давно пуст и разграблен. Не было на стенах гобеленов, картин. В течение пяти лет в лишенные стекол и рам окна свободно задували сквозняки, лили дожди и залетал снег. Остатки паркета встопорщились, местами прогнили. В этой пугающей звонкой пустоте остались немногочисленные предметы мебели, пострадавшие во время пожара тридцать девятого года. Эккехард бросил на почерневший от копоти круглый стол, на котором каким-то чудом осталась часть наборной из кости мозаики, огромную папку. Раскрыл ее, разворачивая листы большого формата, содержащие планы этажей и отдельных залов. Стульев поблизости не оказалось, но стоя анализировать чертежи было даже удобнее. Ульрих хотел положить рядом свою папку с описанием вывезенных из замка предметов, но передумал. Эккехард быстро и четко обрисовал порядок работы: Ульрих и его люди осматривают зал за залом, сразу за ними двигаются саперные бригады. Ульрих согласился. Разбившись на группы, все приступили к своим обязанностям.





Ульрих поднялся на самый верхний этаж. Но что-то потянуло его на крохотную лестницу, выводящую на чердак, а следом на крышу. Точнее, то, что от нее осталось после пожара. Он увидел маленькую фальшивую башенку около противоположного конька. В речи барона многократно и даже настойчиво звучало слово «тайник». Ульрих подумал, что, может быть, тому известно что-то, но он не хочет выдавать информацию раньше времени. Искусствовед поставил ногу на листы жести, сделал осторожный шаг и пошел по крыше к башенке.




Жестяной лист вдруг поехал под ногами, увлекая Ульриха вниз к огромной черной дыре, пробитой снарядом. Он упал и каким-то чудом успел перекатиться на живот, срываясь в провал, и зацепиться за одну из досок, образующих перекрытия. Кусок крыши загрохотал о пол. Ульрих опустил голову и похолодел. Высота неожиданно оказалась огромной, будто он угодил в лестничный колодец. Только лестницы тут не было. А внизу прямо под ним в неровном, как края дыры, круге света лежал неразорвавшийся снаряд.




– Вам не жалко? – спросил Ульрих.
– Что?
– Взрывать его?
– Нет.
– Вы же не застали его неповрежденным. Его залы…
Он протянул Эккехарду папку, раскрыл ее на, как ему казалось, самых красивых фотографиях интерьеров.





Штурмбаннфюрер глянул, едва заметно улыбнулся, пролистал папку и покачал головой.
– После того, как я видел Мариенбург – нет. У древнего замка гораздо больше величия, чем у этой неуклюжей низкорослой громадины.
– Вы побывали в Гитлерюгенде? В Мариенбурге же постоянно проводились слеты…
– Нет. – Эккехард вдруг рассмеялся. – Я уже был слишком взрослым, когда вступление в Союз сделали обязательным.
– Я был год… Почему вы смеялись?
– Представил себя марширующим под барабанную дробь. Ненавижу маршировать. Зато в Мариенбурге было много красивых девушек.


Автор цитат побывала там, о чем свидетельствует этот пост в ЖЖ: http://baumgertner.livejournal.com/16497.html - жаль фото не сохранились, и поэтому для иллюстрации показываю наше фото замка Мариенбург в 2012 году:




Марта стояла на высоком берегу, смотрела на Вислу. Синие волны плескались в ее глазах. Платье, ультрамариновое с алым, словно впитавшее предвечерние цвета, волновал летний ветер. Каролина сидела немного в стороне, отвернувшись от реки. Ей открывался вид на замок, но она не глядела на него, опустив голову в задумчивости.
– Когда они хотят взорвать замок? – нарушила она тишину.
– Я не знаю точной даты. Но слышала краем уха, что должны управиться за неделю. Саперные работы ведутся уже три дня. Времени остается мало.





За три дня, проведенных в замке польских королей, они удивительно сработались. Команда Ульриха осматривала зал за залом, выстукивая в стенах пустоты, разглядывала под лупой подозрительные трещины на стенах, дощечки и узор сохранившегося местами паркета. После них следовали люди штурмбаннфюрера, мрачные и молчаливые. Высверливали в стенах дыры и к вечеру пачкались в штукатурной и кирпичной пыли, как пекари – в муке. Но каждое утро они приходили чистые и опрятные. Фон Книгге они боялись и беспрекословно слушались, как натасканные собаки. В перерывах и при осмотрах залов Ульрих рассказывал Эккехарду, как тут все было в тридцать девятом году. Он помнил и без своей папки все произведения искусства, увезенные отсюда. У каждого из них была история. Ульриху казалось, что штурмбаннфюреру интересно слушать – он был внимателен, задавал вопросы. Но все кончилось на следующий день – первого августа.




Каролина на несколько мгновений закрыла глаза. Черные безжизненные залы исчезли. В воображении рисовалось их былое величие и красота, яркость люстр и светильников, картины с пейзажами и портретами монархов, королевское золото. Хелена тогда тоже приводила ее сюда, накинув невидимость на обеих.
– Третий этаж. В том зале когда-то стояли огромные напольные часы. Тайник был за ними…


В подписи к этому фото было написано, что это часы из Королевского замка, но я не вижу тут циферблата...




Приказы, срочные донесения и карты Варшавы разложили прямо на операционном столе под яркой лампой. Подполковник и еще три офицера, помимо Эккехарда, склонились над документами. Штурмбаннфюрер вычерчивал красным карандашом неровные квадраты захваченных повстанцами областей города, молча слушая предложения Карла и остальных.




– Еще немного, и мы зачистим Старый город и получим доступ к замку. Правда, от него уже мало осталось – постарался «Карл». Взрывать руины будет не так эффектно.
Ульрих обернулся, но ту сторону, где должен был находиться замок, как раз застилало черным дымом.





Унтер-фельдфебель, погрузившись в невеселые мысли, зашагал обратно в Старый город. Он и сам не понял, как нашел обратную дорогу. Вокруг грудами битого кирпича лежали дома. Улиц было не узнать. Да и от них мало что осталось. Ульриху казалось, что он идет по кладбищу. Сражавшиеся повстанцы каждый день несли потери, и вдоль фасадов протянулись бесконечные холмики могил. Непогребенных тоже хватало – последствия расстрелов сдавшихся или попавших в плен. В воздухе плыл мерзостный трупный запах.




Но в Старом городе месяц назад Эккехард пригнал команду своих «верных, храбрых, послушных», считая, что в такой обстановке его саперным подразделениям невозможно работать – то есть закладывать мины и методично уничтожать дом за домом. Шумавцы сваливали трупы казненных пленных и погибших во время обстрелов в окопы, забрасывали сверху щебнем от разбитых домов.




Очередной врыв прогрохотал совсем рядом. Дрогнула под ногами земля, с горы щебня покатились обломки кирпича. Ульрих опасливо обогнул ее и остановился как вкопанный. Перед ним оказался дом, в котором он жил до начала восстания. Абсолютно целый. Стекла, конечно, выбиты. Но ни следов разрушений, ни пожара на нем не обнаружилось. Хотя от соседних остались лишь внешние стены.




Кроваво-кирпичные руины казались незаживающими ранами города, как черные пятна пожаров – ожогами. Пасмурное осеннее небо становилось еще чернее от вздымающихся повсюду столбов дыма. Под ногами вместо булыжной мостовой лежал щебень, хрустевший, как старые кости.




Громыхнуло так, будто над лежащей в руинах Варшавой разразилась сильнейшая гроза. Саперы заложили специальные пиротехнические пакеты на стенах для усиления эффекта. Замковая громада обрушивалась в ярких вспышках желтого и красного пламени, словно ее падение сопровождалось адским фейерверком. Чувствительно в грудь толкнула взрывная волна, принеся с собой жар, запахи взрывчатки, пороха и вездесущей нынче штукатурной и кирпичной пыли. Офицеры, усталые и измученные, которым хватило бутылки пива, чтобы опьянеть, прыгали и улюлюкали, как мальчишки, которым наконец удалось сбить камнями пирамидку из пустых консервных банок. Лишь Эккехард и Ульрих молча стояли рядом и смотрели, как медленно в ночи догорает пламя над горой щебня. Замка польских королей больше не существовало.




– Какое совпадение, панна Марта, – произнес Эккехард. – Мы с вами оказались на том самом месте, где когда-то была одна старая площадь. Потом ее застроили домами, но сейчас домов нет, и площадь снова в своих границах…
– Какая площадь? – она озиралась, ища пути отступления.
– На которой в Средние века сжигали ведьм, – с угрозой в голосе произнес Эккехард.





Все трое вздрогнули, когда с соседнего берега загремела канонада. Марта взобралась на гору обломков. Три пары глаз уставились на пока еще далекое наступление армии освободителей. Лежащую в руинах Варшаву атласно-черной траурной лентой обвивала Висла. Но тьма отступала с реки. Огни залповых орудий и начинающийся рассвет расцвечивали ее желтым и алым, возвещая перемены и возрождение.




Процитированное произведение находится вот в этом сборнике:

Новый сборник из серии «Ник Перумов и другие» выходит в свет 3 августа. Он называется «У Обелиска» и посвящен Второй мировой войне - тому, как увидели ее отечественные фантасты, какие истории захотели рассказать.
Книга, которая получилась в итоге, мне очень нравится, в том числе и потому, что удалось (тешу себя надеждой) создать некое полотно, на котором изображены не только наша страна в военные и послевоенные годы, но и мир, и связь времен. Каждый рассказ, вошедший в «мировую часть», имеет особенную стилистику. Очень «европейский», «немецкий» рассказ Ольги Баумгертнер

http://www.37.ru/news/glavnye-novosti/darya-zarubina-vtoraya-mirovaya-voyna-glazami-fantastov/




Вот что пишет ВКонтакте сама Ольга Баумгертнер:
Скоро выходит сборник военной фантастики, где будет напечатана моя довольно большая повесть (по сути - вторая часть романа (из планируемых семи)) «Чёрное пламя, пепел и прах». О книге можно почитать в интервью составителя сборника Дарьи Зарубиной. Рекомендую!

Жаль, что автор практически покинула свой ЖЖ, я бы подписалась, чтобы узнавать, когда будут продолжения: http://baumgertner.livejournal.com/ - это писательница, сильно отличающаяся от большинства российских фантастов, умеющая держать интригу и создавать свои яркие и атмосферные миры.

Возможно, есть активность в ФБ, но я ничего не вижу, кроме стандартной страницы:
https://www.facebook.com/olga.baumgertner.5
Есть еще инстаграм: https://www.instagram.com/tercelkin/
И удивительно, что перестал существовать персональный сайт автора - что могло случиться?

А пока спасибо Ольге за рассказ о трагичной судьбе Королевского замка в Варшаве. Его восстановили, конечно, но эти стены уже не помнят венценосных владык и старинной истории:



Tags: Варшава, Замки, Инфернальность бытия, История, Книги, Литература, Польша
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 120 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →